Долгая дорога к искоренению безнаказанности


"Мировой трибунал в Калехе". Так написано на небольшом кирпичном здании в деревне Калехе в провинции Южное Киву, Демократическая Республика Конго (ДРК). Песчаная, неасфальтированная дорога, церковь, небольшая больница, построенная в 50-х годах итальянской монахиней, - все это окружает «мировой трибунал» на берегу озера Киву, один из немногих видимых знаков присутствия Конголезского государства в деревне. Здание является кульминацией семилетнего путешествия.

С 11 августа 2014 года этот трибунал представляет собой намного больше, чем просто здание суда в отдаленном районе: он стал эпицентром борьбы с безнаказанностью в этой центральноафриканской стране, которая была опустошена годами насилия.

Это семилетнее путешествие остановило подполковника Беди Мобули Энгангела, известного как «Полковник 106» - имя, которое до сих пор повергает многих в ужас в провинции Южное Киву.

Чтобы побороть безнаказанность за серьезные преступления в ДРК, в 2007 году Совместный офис ООН по правам человека (UNJHRO) предоставил Совету Безопасности ООН список из пяти старших офицеров Конголезских вооруженных сил (FARDC), подозреваемых в совершении серьезных преступлений, включая сексуальное насилие, и потребовал, чтобы они предстали перед судом.


Совет Безопасности отправил список Президенту Джозефу Кабила и его премьер-министру. Судебное разбирательство в отношении Энгангела, который с 2007 года содержался под стражей в Киншаша, началось, когда был официально получен ордер на арест 24 сентября 2011 года. С тех пор Отдел UNJHRO по защите, его Отдел переходного правосудия и борьбы с безнаказанностью и его офис в Букаву оказывали в этой связи содействие военному руководству, в сотрудничестве с другими местными и международными деятелями, такими как Программа развития ООН и НПО «Адвокаты без границ».

Расследования, проводимые офисом UNJHRO в Букаву в деревне Бунякири, где Энгангела учредил штаб-квартиру во время своего командования, помогли Прокуратуре собрать более 200 жертв и очевидцев предполагаемых преступлений против человечности, совершенных Энгангела между 2005 г. и 2006 г., чтобы те дали показания в суде.

Сложность для Отдела по защите состояла в создании механизма, который позволил бы жертвам и свидетелям иметь доступ к правосудию без страха возмездия. Без достаточных защитных мер гражданское население, все еще уязвимое и часто подвергающееся насилию, может чувствовать, что цена за дачу показаний против бывших членов незаконной вооруженной группировки и все еще действующего члена FARDC слишком высока.

Сложность, с которой сталкивается Отдел по защите, заключается в том, что конголезская судебная система не имеет специальной программы, обеспечивающей безопасность жертв или свидетелей, дающих показания. В отсутствие такой правовой базы Отдел по защите должен договориться с властями о достаточных защитных мерах в каждом конкретном случае. Судебный процесс в Калехе против Энгангела стал символичным не только в отношении борьбы с безнаказанностью, но и в отношении защиты жертв, так как он проложил путь к новой практике защиты свидетелей в ДРК.
Ханан Талби, старший эксперт по судебной защите UNJHRO, прибыла в Калехе спустя несколько дней после начала слушаний в сопровождении первой группы жертв. «Чтобы обеспечить эффективность применения защитных мер, логистика стала действительно большой проблемой, в особенности в преддверии суда», - отметила она. «Однако когда видишь этих людей, которые столько лет были лишены всякой надежды и которые наконец могут реализовать свои права, забываешь обо всех проблемах».

Неожиданное зрелище предстало перед судом, когда к зданию подъехал автомобиль и несколько людей, накрытые с ног до головы черной паранджой, вышли из него и направились в безопасную комнату, охраняемую солдатами сзади здания.

Это жертвы и свидетели, прятавшие свои лица, чтобы дать показания без страха возмездия. В зале судебных заседаний к ним будут обращаться не по имени, а по идентификационным номерам. Их истории станут деталями мозаики, которые вместе объединятся в единую картину, отражающую реальность восточной ДРК в последние двадцать лет.


“Я не хочу снова увидеть его лицо и глаза”, - сказала одна из жертв. К счастью, она не увидит, поскольку первый председатель суда согласился позволить жертвам и свидетелям давать показания в коридоре возле зала судебных заседаний, чтобы они избежали зрительного контакта с ответчиком.

“Эти люди несут в себе глубокие раны из-за того, что им пришлось пережить, поэтому важно вселить в них уверенность и предоставить им средства восстановления правосудия, но также уважать их горе. Вот почему в нашей работе мы руководствуемся принципом «не вреди»: мы внимательно оцениваем ситуацию и избегаем любых обстоятельств, которые могут принести жертвам дополнительную боль”, - рассказал сотрудник UNJHRO по правам человека в Букаву Эрик Миргет, один из многих лиц, работавших над этим делом.

Относящиеся к различным культурам ДРК, жертвы ранений, физических и душевных, часто вынуждены испытывать на себе общественную стигму: "Если бы мне не обеспечили анонимность, я бы никогда не дала показания", - подчеркнула другая жертва.

Но она здесь, вместе с многими другими жертвами, в этом долгом путешествии прошлых годов, в небольшом здании из красного кирпича, на пути к борьбе с безнаказанностью в ДРК.

10 октября 2014 г.

Смотрите также